«абсолютная темнота меня напрягает»: как живёт бывшая пленница маньяка, просидевшая в бункере почти четыре года

«Его приструнили»

Вторую жертву, Екатерину Мартынову, скопинский маньяк также не оставил в покое. За то время, что он находился за решёткой, преступник дважды пытался связаться с девушкой. «После того как я выпустила свою первую книгу в 2017-м, он написал мне письмо. Наехал на меня: мол, всё, что я написала, — неправда, а когда он выйдет, то всем расскажет, как на самом деле всё было. То письмо я порвала и выбросила», — рассказывала Мартынова в интервью RT.

Второй раз он написал Екатерине в социальной сети «ВКонтакте» под чужим именем, предложив свои «услуги», если вдруг девушке что-то нужно узнать про своего мучителя.

В третий раз Мохов попытался выйти на свою жертву уже после освобождения и выхода интервью. Он отправил Мартыновой заявку на добавление в друзья «ВКонтакте».

Ранее девушка, которая сейчас занимается фондом «Непобеждённая» и готовится снимать социальный фильм про жертв насилия, обратилась в Следственный комитет. Она попросила возбудить уголовное дело в отношении Мохова, ограничить его публичные высказывания и активность в соцсетях, а также предоставить ей госзащиту.

Лучший на заводе с ярко выраженным комплексом неполноценности

Мохов окончил техникум, получил специальность горного мастера, но по профессии никогда не работал. В родном городе Скопине Рязанской области он устроился на местный агрегатный завод и там, как утверждалось в документальном фильме «Право на надежду», был одним из лучших работников — неоднократно побеждал в профессиональных соревнованиях и получал грамоты.

С личной жизнью у Мохова не клеилось — один раз женился, быстро развелся, а потом пользовался услугами проституток. Жил с матерью, которая, как сообщает его адвокат Дмитрий Плоткин, была женщиной авторитарной, жесткой. Сын при ней рос слабовольным и забитым с ярко выраженным комплексом неполноценности.

Соседи рассказывали, что Мохов гнал самогон и продавал его работягам, которые хотели опохмелиться. За это его прозвали «доктором».

«Награда за страдания»

— Расскажите о своей жизни сейчас.

— У меня двое детей: сыну семь лет, дочке пять. Я домохозяйка, на работу не выходила со времени первого декрета. Прошлым летом вышла замуж третий раз. Три месяца назад переехали из Рязани в пригород, купили квартиру. Есть дача в деревне.

Сейчас все на самоизоляции сидим, дети играют, мы собираем пазлы, мультики смотрим, готовим. В общем, ведём обычную жизнь.

— Как вы встретились с мужем?

— С Денисом нас познакомила моя сестра в октябре 2018 года. Мои отношения со вторым мужем уже завершались, и Денис стал в них точкой. Уже через неделю мы начали с ним жить вместе, я перевезла детей. Всё было будто в сказке, и эта сказка продолжается до сих пор.

Мы не ругаемся, нет конфликтов, даже мелких разногласий. Он любит меня, прекрасно относится к моим детям. Раньше я даже не могла поверить, что такое счастье возможно, а сейчас думаю, что, может, это какая-то награда за все мои страдания.

— Учите детей безопасному поведению в городе, объясняете, что нельзя разговаривать с незнакомцами?

— Конечно! Я запрещаю им говорить с незнакомыми людьми, объясняю: «Если к тебе кто-то подойдёт, иди домой, не оглядываясь». Дети всё понимают, особенно сын, он у меня такой серьёзный по характеру.

Я боюсь за их безопасность не столько из-за того, что именно произошло со мной, а потому что мы в принципе живём в ужасное время. Дети не знают о моей истории. Наверное, рано или поздно это произойдёт, но мне бы, пожалуй, этого не хотелось.

О восстановлении

Мне предлагали помощь психолога, я даже один раз ходила на приём. Но мне, кажется, попался какой-то неквалифицированный специалист. Он сказал: «Ну, рассказывайте, что вас беспокоит, что с вами случилось». И я подумала, что справлюсь сама. Не готова была рассказывать в лоб, без понимания и эмпатии. Меня очень поддерживала семья, мама. Никогда не задавала каких-то лишних вопросов. С Леной мы продолжали общаться — может быть, года полтора-два. Сначала очень тесно, потом реже, а потом и вовсе перестали. Лена не понимает моё отношение к ситуации и считает, что я «из трагедии делаю шоу», но это абсолютно не так. Она думает, что я должна была молчать. Но если бы я молчала, то он просто вернулся бы сейчас домой и к нему не было бы такого пристального внимания. Сейчас все знают Мохова в лицо — и я очень надеюсь, что его будут обходить стороной.

Я начала общаться с прежними подругами: они приходили в гости, не задавали никаких вопросов и просто рассказывали о жизни. Потом я окончила вечернюю школу и поступила в институт, параллельно вышла замуж. Всё пошло по нормальному пути, но мне снились кошмары: раньше часто, но и сейчас бывают. Особенно, когда день эмоционально перегружен. Часто снится, что я в каком-то частном доме, из которого пытаюсь убежать, а меня догоняют. Тогда я просыпаюсь.

Освободившись, я пыталась написать книгу. Мне хотелось всё это описать, перенести на бумагу. Долгое время не получалось: было тяжело вспоминать. Понимала, что если сяду, то нужно говорить правду и ничего не утаивать, потому что я делала это для себя. В 2016 году я написала книгу очень быстро, за несколько месяцев. Работала над ней по ночам. Когда рукопись была закончена, я почувствовала облегчение. Я наконец-таки отделила эту историю от себя. Всё осталось там, в рукописи.

Два года назад Мохов написал мне письмо. Я была поражена, что он узнал мой адрес — я не понимаю, как это случилось. Наверное, у него были какие-то связи. Кто ему сказал? Письмо я порвала и выбросила, но потом интерес пересилил, и я прочитала его. Ничего нового из письма я не узнала: он угрожал мне, говорил, что когда выйдет на свободу, то всем расскажет, как всё было «на самом деле». Писал, что у него есть «компромат» на нас, что мы не такие белые и пушистые, какими себя преподносим.

Я участвовала в нескольких ток-шоу, когда он сидел в тюрьме. И не вижу в этом ничего плохого: так эта история не забывается. На этих передачах меня никто не обвинял, всё было достойно. Я всё время хотела показать своим примером, что и после таких жутких событий можно жить, быть счастливым человеком. Мне хотелось поддержать женщин, которые переживают насилие. Но теперь он вышел из тюрьмы — и сидеть с ним в одном помещении, спорить о чём-то я не хочу и не буду.

Мохов сидел шестнадцать лет и десять месяцев. Сейчас я негодую, ведь из него делают звезду. Над ним установлен надзор на шесть лет: он не может покидать своё место жительства, посещать массовые мероприятия, должен отмечаться в полиции. Но сейчас он в Москве — то есть он нарушил все эти требования. Если он сейчас себя так повёл, значит, я могу ожидать от него всё что угодно. Мы сменили адрес, но страх всё равно остаётся.

Сейчас у меня в планах создать вместе с коллегой благотворительный фонд, с помощью которого мы хотим поддерживать женщин, которые пережили какое-либо насилие. Бороться за гендерное равноправие. Моя книга опубликована, теперь хочется, чтобы утихла шумиха, чтобы я дальше могла спокойно заниматься фондом.

Заказать книгу «Исповедь узницы подземелья» можно по этой ссылке

ФОТОГРАФИИ: Good Studio — stock.adobe.com

«Лене было тяжелее»

— Вы общаетесь с Леной?

— Не общаемся, хотя мне бы хотелось знать, как у неё дела. У нас есть общая знакомая, которая сейчас уехала в Австралию, она рассказывала последние новости. Насколько я знаю, Лена была замужем, потом развелась, сейчас живёт с парнем, вроде у них всё хорошо, дело идёт к свадьбе, но планирует ли детей — я не знаю. По словам знакомой, Лена счастлива, выглядит прекрасно, преподаёт английский.

— А что с теми детьми, которых она родила от Мохова?

— Двух мальчиков усыновили, они сейчас должны быть совсем большими, один родился в 2001 году, второй — в 2002-м. Лена их ни разу не видела. Третий ребёнок, девочка, насколько я слышала, родился уже после нашего освобождения — пришлось вызывать искусственные роды, и малышка родилась мёртвой.

«Я стала попутчиком»

— Как вам пришла идея написать книгу?

— Когда я сидела в бункере, то писала стихи. Я до сих пор храню эти тетради, потихонечку перепечатываю в компьютер. Плюс я очень люблю читать. В 19 или 20 лет у меня было тяжёлое время: все воспоминания были живы, и я остро реагировала на всё, что связано с моей историей

И мне было важно рассказать, как всё было на самом деле. Не так, как показывали по телевизору, писали в статьях и в интернете

Некоторые нас с Леной обвиняли, что мы там оставались добровольно, вставали на сторону Мохова…

В общем, было несколько попыток написать книгу, в итоге всё получилось. Издательства мне отказывали в публикации, поэтому я просто выложила книгу на онлайн-платформу. Она до сих пор там продаётся, правда, получаю я от этого копейки.

Сейчас я написала уже вторую книгу. Два года назад я дала интервью, где упомянула о первой книге, что она вышла, но особой популярности не получила. Это прочитал журналист Рустем Сафронов, он живёт в Америке. Рустем нашёл меня во «ВКонтакте» и через друзей в ноябре 2018 года познакомил с датским писателем Карстоном Графом.

Карстона называют «табу-писателем». Он поднимает проблемы, о которых не принято говорить. Предыдущая его книга — про инцест: о женщине, которую в детстве насиловал отец. Он убедил меня, что мою историю стоит подать более полно, и действительно, она получилась более профессиональной. Он ездил в Скопин, в тот дом. Даже общался с Моховым в социальной сети, но тот, мне кажется, испугался и заблокировал его.

Моя вторая книга готова, она на английском языке, пока без названия. Ждём окончания пандемии, все издательские процессы застопорились, хотя у нас есть несколько предложений о печати хоть завтра. Но Карстон считает, что это недостаточно популярные издательства и недостаточный аванс для такого материала. Он хочет, чтобы эта книга получила мировую известность.

— Какую обратную связь вы получали от читателей вашей первой книги?

Говорят, когда человек едет в поезде с незнакомцем, ему можно рассказать что-то откровенное и станет легче на душе, потому что ты знаешь, что попутчик тебя больше никогда не увидит. Мне казалось, что в какой-то степени я и выступала для этих девушек в роли попутчика.

— Что бы вы посоветовали человеку, который переживает тяжёлую ситуацию?

— Нужно постараться быть сильным, несмотря ни на что. Потому что первый, кто может помочь в чём-то, — это только ты сам. И конечно, нужно любить своих близких и заботиться о них. Потому что в сложный момент они позаботятся о тебе и отдадут всю свою любовь.

«Сейчас он может заработать на своём освобождении хорошие деньги»

Одна из жертв скопинского маньяка Екатерина Мартынова возмущена таким ажиотажем вокруг своего мучителя и его выхода из тюрьмы.

«Это преступник, он отнял у двух молодых девушек три года и семь месяцев жизни. Дети, которые родились в бункере, ни в чём не виноваты, а у них такой отец и рождение. Почему столько внимания? Для меня это удивительно. И сейчас он может заработать на своём освобождении хорошие деньги. Некоторые даже предлагают посадить нас в одной телестудии. Все хотят какого-то экшена, которого не будет», — заявила она RT.

Также по теме


«Абсолютная темнота меня напрягает»: как живёт бывшая пленница маньяка, просидевшая в бункере почти четыре года

30 сентября 2000 года жительницы Рязани 14-летняя Екатерина Мартынова и 17-летняя Елена Самохина ушли на дискотеку и пропали. По пути…

Действительно, свои планы после выхода преступник уже построил.

В августе 2020 года человек, представившийся Виктором Моховым, вышел на связь с редакцией RT. Он сообщил, что выходит из тюрьмы 3 марта 2021 года, и добавил: «Когда освобожусь, надо принять участие в телешоу». Также представившийся Моховым упомянул, что ему необходимо «много» денег на ремонт дома и приобретение «всего необходимого».

В 2017 году преступник написал письмо Екатерине Мартыновой.

«Написал письмо после того, как прочитал мою книгу, где я рассказываю о пережитом. Никаких проблесков совести, попыток просить прощения. Наехал на меня: мол, всё, что я написала, — неправда, а когда он выйдет, то всем расскажет, как на самом деле всё было. То письмо я порвала и выбросила», — рассказывала она в интервью RT.

По словам девушки, маньяк пытался выйти с ней на связь во второй раз.

«Он написал мне во «ВКонтакте» и представился другим именем, сказал, что он человек, который сидит с Моховым, и если нужно что-то узнать о нём, то он мне может рассказать. Я сразу его заблокировала. Потом выяснилось, что это был именно он, в этом преступник сам признался моему знакомому журналисту», — рассказывает Мартынова.

Есть закон о государственной защите, который подошёл бы в данном случае, но он действует только во время самого судопроизводства, объяснила RT правозащитница Алёна Попова.

«А когда человек отсидел и вышел, в России до сих пор нет ничего, что бы защищало жертв насилия в этом случае. В России нет термина «преследование». Единственное, что Мохов будет на особом контроле. У нас нет возможности анонимизировать данные человека, поэтому легко будет Катю вычислить по её цифровым следам, особенно сейчас, когда человек отсидел и у него есть умысел найти другого человека», — подчеркнула Попова.

Сейчас Екатерина готовится к публикации своей второй книги «Исповедь узницы подземелья», которая состоится 4 марта.

«Выпустить книгу в этот день было решением издательства. Но ни я, ни они не знали, что этот день практически совпадает с днём освобождения преступника. Я думаю, что выход моей книги именно в этот день — к лучшему», — говорит собеседница RT.

Попался, решив заполучить новую жертву

Поймать маньяка удалось благодаря его же ошибке. В конце 2004 года он решил, что может заполучить третью рабыню и попросил Катю помочь ему в деле. Жертвой могла стать студентка медучилища, которая снимала комнату в его доме. Катя играла роль племянницы Мохова и во время застолья, которое для хозяина дома не завершилось успехом, успела сунуть в коробку из-под музыкальной кассеты записку с просьбой о помощи.

План сработал — студентка нашла записку и рассказала обо всем полицейским, но те не смогли найти бункер с первого раза. На тот момент Мохова уже задержали. Предъявить ему, казалось, было нечего. Оперативники решились на психологическую провокацию: прямо сказали, что обыск моховского гаража результатов не дал, но они хотят вызвать бульдозер и разрыть землю. Тогда маньяк и сказал, где спрятан вход в бункер.

«Морально очень была нагрузка большая. Я их хотел отпустить, но как-то все боялся ответственности», — позже говорил он о своем преступлении.

Суд приговорил маньяка к 17 годам колонии, а соучастница преступления Елена Бадукина получила пять лет заключения. Когда Бадукина вышла на свободу, она даже участвовала в шоу, посвященном преступлениям Мохова. Жертва насилия Екатрина Мартынова также неоднократно давала интервью журналистам и написала книгу «Исповедь узницы подземелья». Елена Самохина публично о своей жизни после трех с половиной лет насилия почти не рассказывала.

Подготовила Екатерина Тимофеева

Вам может быть интересно:

После освобождения

4 мая 2004 года дверь в подвал открылась, и у узниц началась новая жизнь. Следственной группе удалось добиться правды от маньяка, Виктор сам показал вход в бункер. А момент выхода Елены и Екатерины на свободу попал на оперативную съемку.

Дома первым делом бывшая пленница старалась избавиться от въевшегося в кожу запаха. Затем наслаждалась приготовленной едой матери, которая ни на секунду не позволяла себе думать, что дочь уже мертва.

Близкие хотели помочь освобожденной от сексуального рабства справиться с трагедий, записав ту к психологу. Но на приеме еще несовершеннолетняя девушка (на момент освобождения той было 17 лет) чувствовала, что разговаривает с чужим человеком.

Неоценимую поддержку оказали родные. Мартынова понимала — она не имела права впадать в депрессию, ей хотелось радовать мать и наслаждаться жизнью. Тем более что забыть о произошедшем было невозможно.

Екатерина Мартынова и ее семья

После освобождения Екатерина Валерьевна нашла в себе силы начать все с чистого листа — она окончила школу, получила образование, стала работать дизайнером. Неоднократно узница давала интервью, даже побывала героиней передачи «Пусть говорят». Будучи подключенной к детектору лжи, встретилась с «Алексеем» — Еленой Бадукиной на шоу «На самом деле», вновь пережив ужас того злополучного дня — 30 сентября 2000 года.

Одно Мартынова поняла точно — ее правда будет полезна обществу. Долгое время уроженка Рязани задумывалась о написании собственной книги. И дело было в желании не только изложить на бумаге пережитые эмоции, но и предостеречь таких же юных школьниц от ошибок.

«Исповедь узницы подземелья» была опубликована в интернете и получила множество откликов от читателей. Сегодня уже счастливая мать написала вторую книгу в соавторстве с датчанином Карстоном Графом. В глобальных планах стоит экранизация рукописи.

«17 лет — недостаточный срок»

— Что вы чувствуете в связи со скорым освобождением Мохова?

— Я была на объявлении приговора, тогда мне казалось, что 17 лет — это целая жизнь. Сейчас я понимаю, что этого срока недостаточно. Осталось меньше года до его освобождения. Знаю, что желать человеку смерти — это грех, но мне очень не хочется, чтобы он выходил на свободу.

Сильно сомневаюсь, что Мохов за это время раскаялся или даже просто считает себя виноватым. На суде он сильно удивился, что ему так много дали, мол, он же никого не убивал. Рассчитывал отсидеть лет пять и всё.

Он вышел со мной на связь за это время один раз, в 2017 году. Написал письмо после того, как прочитал мою книгу, где я рассказываю о пережитом. Никаких проблесков совести, попыток попросить прощения: наехал на меня, мол, всё, что я написала, — неправда, а когда он выйдет, то всем расскажет, как на самом деле всё было. То письмо я порвала и выбросила.

— Невозможно представить, что вы пережили за время заточения. Как вам удалось вернуться к нормальной жизни?

— Мне очень помогли мама и сестра. Они всегда были со мной, поддерживали. У психолога я побывала один раз, ещё несовершеннолетней. После сеанса вышла из кабинета и сказала, что больше туда не вернусь. Для меня это был посторонний человек, который расспрашивал, что со мной случилось, а мне и так к этому постоянно приходилось возвращаться, пока шло следствие. В общем, я решила, что ещё одна женщина, которая требует от меня откровений, — это перебор, и отказалась. Мне было комфортно в семейной обстановке, дома.

Сейчас из отголосков пережитого остались только неприятные ощущения, когда закрываешь плотные шторы ночью, выключаешь свет и не видно, как светят фонари. Я всё время оставляю просвет, раздвигаю шторы. Абсолютная темнота меня напрягает. Такая же темнота была в бункере.

Детство

Катя появилась на свет 14 сентября 1986 года. Хотя датой рождения жертва маньяка считает 4 мая 2004 года — тот день, когда она вместе с Еленой Самохиной были освобождены из заточения.

Ранняя биография девочки прошла в коммуналке. Оттуда вместе с родителями и старшей сестрой Анной она переехала в новую квартиру, которую получили родители.

Мать работала водителем троллейбуса, затем устроилась продавцом в магазин. Ирина Васильевна в воспитании дочерей проявляла доброту и заботу. Отец же старался быть с наследницами строгим, мог наказать за плохую оценку — запретить гулять или смотреть телевизор.

Родители много работали, поэтому Катя и Аня чаще проводили время с дедушкой и бабушкой за городом. Внучки помогали с большим хозяйством в деревне, встречались с друзьями и с нетерпением ждали летних каникул.

В Рязани же чаще были предоставлены сами себе. К слову, мать и отец доверяли дочерям, разрешая тем приводить домой одноклассников. Катя росла самым обычным ребенком, увлекалась шитьем. Также изучала игру на домре, гитаре, пела в хоре. Правда, особых талантов у ученицы не обозначилось, поэтому та перестала ходить в музыкальную школу.

Личная жизнь

Испытав ежедневные страдания на протяжении 3 лет и 7 месяцев, жертва маньяка не разучилась верить людям и сумела построить личную жизнь. Сейчас Екатерина состоит в браке. Со своим избранником Денисом она познакомилась в 2018 году, а в 2019-м влюбленные сыграли свадьбу.

Екатерина Мартынова и ее муж

Правда, узница Виктора Мохова уже трижды успела сходить под венец. С первым мужем отношения не сложились — тот хотел детей, а супруга мечтала учиться и путешествовать. Второй избранник редко бывал дома по долгу службы, и этот брак также оказался скоротечным.

У Мартыновой двое детей — дочь Виктория и сын Константин. В инстаграм-аккаунте жительницы Рязани множество семейных фото, подтверждающих, что ей удалось отпустить прошлое и стать счастливым человеком.

В плену

30 сентября 2000 года — в этот злополучный день Екатерина решила поехать вместе с подругой старшей сестры Еленой Самохиной на праздник «Веры, Надежды, Любви» в центре города. Впоследствии, много лет спустя, уже написав автобиографическую книгу «Исповедь узницы подземелья», Мартынова размышляла — если бы тогда она хотя бы слушала музыку в наушниках и не приняла телефонный звонок, ее жизнь сложилась бы по-другому.

Но история не знает сослагательного наклонения. Вдоволь повеселившись на празднике, подруги отправились в сторону трамвайной остановки. Катя переживала — родители разрешали ей гулять максимум до 9 часов вечера, и она уже опаздывала домой.

Внезапно перед ними остановилась белая машина, откуда вышел незнакомый парень, представившись Алексеем. Позднее благодаря уголовному расследованию стало известно, что это была подруга маньяка Виктора Мохова, Елена Бадукина.

Виктор Мохов и Екатерина Мартынова

«Алексей» предложил спутницам доехать до дома на автомобиле, и те согласились. Уже в машине девушкам предложили выпить спиртного — в него было подмешано снотворное.

Дальнейшие события Мартынова неоднократно описывала и в интервью, и в книге. Став жертвой насильника, она вместе с Леной была заточена в подвале — подземном бункере на глубине 6 метров.

Изверг издевался над пленницами ежедневно, угрожал расправой. Однако ни страх смерти, ни ужас от происходящего не сломали неокрепшие души рязанских жительниц. Каждую секунду Мартынова думала только об одном — она обязательно спасется, ее ждет семья. И это, по личному признанию жертвы Скопинского маньяка, доставляло сильнейшую боль — мысль о том, как мучаются ее родные в неведении.

Екатерина Мартынова после освобождения

Сейчас Екатерина уверена — Елене было сложнее в неволе. Дело в том, что Самохина родила в заточении двоих детей — мальчиков. Принимала роды ее подруга по несчастью, руководствуясь учебником по акушерству. На момент освобождения та вновь была беременна — третий ребенок умер сразу после рождения.

Шли годы, Виктор Мохов стал терять бдительность. А пленницы верили — рано или поздно монстр допустит оплошность. Так и случилось. Уверенный в том, что узницы свыклись со своей участью, мужчина решил представить Мартынову студентке, которая снимала у него жилье. Мужчина озвучил зловещие планы — выпить за знакомство и подмешать девушке снотворное.

Катя с Леной не теряли время — подготовили записку, где подробно рассказали о случившемся. Екатерина, представленная племянницей Виктора, сумела передать послание с координатами бункера. Оставалось только надеяться на чудо.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector